Заяц ПЦ

В темно-синем лесу, где трепещут осины...

Недавно широко известная в узких кругах Линор Горалик выпустила целую книжку комиксов про зайцев. Она так и называется "Заяц ПЦ". И этот заяц существенно отличается от тех, что мы привыкли видеть...

- Я постоянно вынужден делать что-нибудь против своей воли.

- Например, что?

- Например, жить. (с) Горалик



Нет, зайцы не косят траву. Заяц ПЦ вообще терпеть не может физический труд, зато пофилософствовать он мастак. Недавно Линор Горалик - прозаик, эссеист, книжный обозреватель, журналист и художник - выпустила целую книгу комиксов, полностью посвященную этому клетчатому чуду. Она так и называется "Заяц ПЦ". До этого комиксы свободно распространялись в интернете и выдержали критику искушенных в этом деле сетевых читателей. По этому в дополнительной рекламе книжки не нуждаются. Но для будущих фанатов Линор и ее зайца ПЦ объясню.

- Я тебе нравлюсь как девочка?

- Ты же мальчик!

- Ты всегда найдешь способ уйти от ответа! (с) Горалик


В темно-синем лесу Заяц ПЦ не был. Он вообще редко выходит за пределы своего комикса. И слова если и напевает, то это вовсе не пресловутые "а нам все равно", а скорее взрывное "ПЦ! ". Ну и что, что он угловатый заяц, да еще и клетчатый? Уж таким его нарисовала Линор. В конце концов, у каждого есть свои недостатки. К тому же, если отбросить нарисованные уши и маленький рост, на который он вечно жалуется ("Какое-то у меня все маленькое. Уши у меня маленькие, зубы маленькие, ноги какие-то маленькие, голова маленькая глаза маленькие, все какое-то маленькое..." Грелка: "Нормальные у тебя уши"), получится тот же Вася, Петя или Катя. А также Люда, Таня, Андрей, Миша и вы. Да-да, именно вы, многоуважаемый читатель. Этот заяц нарисован с вас, в тот момент, когда вам кажется, что все пропало и никого рядом нет. У зайца все же есть четыре таких же угловатых в полосочку друга - это Ф, Щ, грелка и свиная отбивная с горошком. Да и те воображаемые. Тем не менее отношения с вооброжаемыми друзьями зайца складываются весьма тяжело.

- Пожалуйста, сделай мне ребенка.

- Пожалуйста, сделай хоть что-нибудь сама. (с) Горалик

Друзья вечно лезут в голову зайца со своими глупыми идеями, и у каждого своя роль: Ф безответно любит зайца и не дает ему проходу. Щ считает, что это заяц - его воображаемый друг, а не наоборот. Грелка холодная и приземленная, но именно ей заяц чаще всего изливает душу, а она не в состоянии понять и отвечает ему лишь холодным сарказмом. А свиная отбивная с горошком как раз требует от зайца новых свершений, но, видимо, заяц не любит, чтобы на него давили. Те еще друзья, зато их можно уничтожить одним "ПЦ! ", над ними можно издеваться и зло шутить. Все равно ничего не изменится, и в следующей рисованной истории (стрипе) они появятся вновь. Они никогда не покинут зайца, ведь он шизофреник, и в новой картинке зайцу снова будет плохо, а читателю смешно. Однако этот смех по-гоголевски серьезен - "Над кем смеетесь? Над собой смеетесь!".

-Я в отчаянии.

- Почему?

- Потому что это приятно. (с) Горалик


Кажется, что Линор выискивала диалоги прямо на улицах и с точностью до запятой передавала дух цинизма и неунывающего бунтарства. Воображаемые друзья не боятся признаться себе, что "Я тоже не люблю тебя. Я просто использую тебя, чтобы быть несчастной". Они говорят о религии, о спасении души, о Карле Марксе, о своих недостатках, о поэзии, о еде и обо всем на свете. Словом, на каждый случай из человеческой жизни найдется комментарий зайца. Психоанализ чистой воды, аккуратно завернутый в яркую (точнее, черно-белую в клеточку) форму (зайца, Ф, Щ, грелки и свиной отбивной). Видимо, поэтому при появлении новых стрипов жители интернета сразу же растаскивают их на аватарки. А такое признание публики, поверьте, дорого стоит. Большинство интернет-комиксов теряются в просторах сети, едва появившись, - не выдерживают конкуренции. Тем страннее выглядит популярность черно-белого, без какой-либо эстетической ценности комикса, комикса без сюжета. В этом комиксе действительно нет сюжета, все картинки статичны, а все герои из раза в раз одинаково угловато прорисованы. Он отходит от типичной позиции - связующего звена между кино и литературой. Он не ищет ярких визуальных образов, и в то же время короткие, выжатые реплики героев никак не похожи на литературу. Это упрощение до уровня пустоты или бесконечности, когда каждая запятая может значить все или ничего. И похоже, здесь Линор попала в точку. Теперешний читатель присытился картинками без смысла и в комиксе прежде всего ищет тонкого искрометного юмора. Ну а юмора у Линор хоть отбавляй.

- Я часть той силы, что вечно хочет зла и вечно совершает благо.

- Я часть свиньи. (с) Горалик


Вообще, времени на пресыщение у читателя (или смотрителя) комиксов было предостаточно. Некоторые исследователи даже предлагают вести исчисление с наскальных рисунков наших предков. Но если говорить о классическом газетном комиксе (который обычно состоит из четырех или шести рисунков, связанных единством времени и действия повторяющихся героев и при этом всякий раз происходит завязка и кульминация события), то история комикса начинается в конце 18-го века в Англии или во Франции с политических карикатур. Уже позже, с середины 19-го века, комикс добрался до Америки. На страницах американских газет появляются картинки в цвете, при этом удобнее всего было использовать желтый цвет. Впервые он был использован в комиксе Ричарда Аутколда "Желтый паренек" в 1895 году. Кстати, термин "желтая пресса" возник именно благодаря этому комиксу. Свой нынешний вид комикс приобрел в 1897 году, когда Рудольф Деркс придумал писать реплики в "пузырях" в комиксах "Каценджемеровские детки". По словам американского "комиксоведа" М.Хорна, Деркс сделал "пузырь" фирменным знаком комикса.

Однако до 50х годов слово "комикс" в словарях не появлялось, за исключением американских словарей, где настоящий бум комиксомании начался еще в начале 20-го века. В остальном же мире к комиксам отосились по-разному. Интеллектуалы боролись с ним как с деградацией искусства и литературы, тем более что основными признаками комикса были хулиганы и сленг. Власти СССР ругали его американскую эмблематику, даже в Америке многие считали комикс результатом неудачной жизни его читателей. Однако многие почувствовали в комиксе что-то свое, жизненное, приближенное к реальности. Наверное, именно поэтому на Западе соотношение выпускаемых книг и книг-комиксов составляет 1:12, а в Японии и Китае это соотношение еще больше!

Сегодня комикс прочно вошел в нашу жизнь. С его помощью внушают национальные идеи добра, знакомят подростков с историей и даже предлагают выучить иностранные языки. На тему комиксов проводятся международные фестивали. Так, в 1967 году в Париже в Лувре прошла выставка "Комикс и повествовательная изобразительность". Это вызвало бурю эмоций со стороны как сторонников, так и противников комикса, но в любом случае это означало признание комикса искусством на международном уровне. А в сентябре 2007 года, спустя почти полвека после этого события, планируется проведение первого международного фестиваля комиксов "БУМ рисованных историй 2007". Примечательно, что он будет проходить в Санкт-Петербурге. Фестиваль получил информационную поддержку Комитета по культуре и Комитета по молодежной политике города. В фестивале будут участвовать такие страны, как Швейцария, Франция, Китай, Россия и многие другие.

Получается, что комиксы рисуют многие, но выпустить книгу - это дело серьезное. У Линор Горалик это получилось, и получилось достойно. Презентация книги "Встреча Зайца ПЦ с его воображаемыми почитателями" состоялась 11 июня на книжном фестивале в ЦДХ. Заяц отвечал на вопросы зрителей, а вопрошающие смеялись. На что заяц (голосом Гаврилова) отвечал: "Я не понимаю, почему вы все время смеетесь, я же говорю о неприятных вещах". Зрители же смеялись пуще прежнего и рвались выиграть главный приз - самого Зайца ПЦ, пошитого собственноручно Линор (для этого все желающие могли подписать заготовленный заранее стрип). Впрочем, я их понимаю. Лучше смеяться над своими проблемами, чем вообще не замечать их, и лучше быть циником, чем нытиком. Уж так сложилось, что мы живем во времена Зайца ПЦ.



Евгения Чуб
Русский Журнал. Круг чтения

Евгения Чуб
Русский журнал
27 июля 2007