Трикстер, Гермес, Джокер

Роман антивоспитания

Существовал — да и до сих пор не умер — такой жанр: роман воспитания. Самый известный из его представителей — диккенсовский «Давид Копперфильд».

...Странно, что пришло на ум это имя: ведь нынешний великий иллюзионист (а может быть, маг) взял его себе в качестве сценического псевдонима. Главный герой романа «Трикстер, Гермес, Джокер» — достойный собрат Копперфильда-мага.

Дэниел — чистейший алхимический продукт. Мы знакомимся с ним за пару месяцев до его рождения и расстаемся в тот момент, когда он сам этого захотел. Когда он провернул свой Главный Фокус: р-раз! и исчез. Со страниц романа и вообще из этой вселенной.

Первая треть книги захватывающе интересна. Юная девушка-сирота производит на свет младенца. Девушка эта отнюдь не «жертва»; она весьма зубаста и твердо стоит на ногах. Волей Случая она встречает человека из АМО — Ассоциации Магов и Отщепенцев. AMO также означает «я люблю», что вплотную подводит к алхимическому: AMOR — ROMA; но не будем углубляться в дебри имен, поскольку для романа это не свойственно.

В мире фантастики феномен АМО исследован Натальей Резановой в ее «Дороге висельников». Существует, стало быть, параллельная жизнь. Пока одни граждане идут на работу в офис, подстригают газоны и завтракают в МакДональдс, другие ищут философский камень, укрываются от закона, играют в карты — и везде для них есть убежища, дома, где можно перекантоваться, учителя, готовые научить, юристы, врачи. Нужно только ступить на Дорогу висельников (войти в АМО) — и все пойдет ровно так, как тебе надо (что не всегда означает «как тебе хочется»).

Дэниел состоит в АМО с рождения. И его начинают обучать. Эпизоды обучения, на мой вкус, скучноваты. Сначала — медитации, парадоксальные истины и другие индейские премудрости в компании недокеруака на вершине горы. Потом — работа над фальшивыми документами. Карточные игры. Искусство перевоплощения-переодевания-вживания в роли. И, наконец, высший пилотаж: супертрюк с исчезанием.

Здесь в тексте появляется интонация, схожая с той, что определяла тональность романа Кристофера Приста «Престиж». Кому нравится «Престиж», непременно попробуйте «Трикстера». Очень велик шанс, что это книга ваша.

Дэниел, которого обучали лучшие мастера ремесла, вырастает в... ничто. В пустышку. В мага. Он может исчезать и появляться. Фактически нуль-транспортироваться (или телепортироваться) одной только силой воли. Если бы он использовал это искусство для того, чтобы грабить банки, было бы не так обидно. Но он что-то такое познал в себе (и во вселенной) и ушел в никуда.

Читатель никогда не познает того, что познал Дэниел. Каким-то беспредельным эгоизмом проникнут финал. И, как часто бывает на «сеансах черной магии с последующим разоблачением», зрителю-читателю остается ощущение пустоты.

О чем это было? Зачем жил, почему исчез человек? Чему его учили, чему он научился? Стал счастливым, богатым? Да он ни разу не улыбнулся толком на протяжении всего своего ужасного, безрадостного детства.

Я так и не поняла: разоблачает ли эта книга пустоту великой тайной организации АМО или же превозносит ее. Стоит ли завидовать Дэниелу, который, очевидно, превратился в высшее существо, пожертвовав для этого нормальной жизнью с ее нехитрыми радостями, или же нам следует от души пожалеть его? Убогость мира алхимиков, отщепенцев и магов — она только кажущаяся или же это действительно ужасная участь, которой люди подвергают себя добровольно в погоне за ничего не стоящим идеалом?

В любом случае, роман сильный и здорово будоражит мысль и воображение. Прекрасный перевод, что немаловажно, делает книгу интересным собеседником, с которым хочется общаться долго: спорить, соглашаться... перечитывать.

Елена Хаецкая
ПИТЕРBOOK
05 октября 2008