Агата возвращается домой

Бес немного наклоняется, Агата вспрыгивает ему на спину, как если бы они играли в чехарду, и крепко берет беса за теплые торчащие уши. В ту же секунду ее обдает лютым холодом, глаза наполняются слезами, - бес несется по зимнему лесу, ветер бьет Агате в лицо, руки без варежек начинают страшно болеть от мороза, Агата терпит, сколько может, а потом изо всей силы дергает беса за уши и кричит, захлебываясь ветром:

- Стой! Стой! – но бес не слушается или просто не слышит ее, все скачет и скачет, Агата уже не различает ни деревьев, ни неба, ни блестящих рожек, не чувствует окоченевших пальцев. Вот-вот она соскользнет со спины бесенка и свалится в снег, и, может быть, сломает себе шею, - но тут бесенок вдруг сам останавливается, проезжает вперед на скользящих копытцах, хлопается оземь вместе с Агатой. Прежде, чем Агата успевает прийти в себя, встать на ноги и обругать бесенка, на чем свет стоит, он пронзительно и победно кричит:

- Папа!!! Папа!!! Папа!!!

И вдруг в лесу становится очень тихо.

Ничего не происходит. Агата боится пошевелиться, боится отряхнуть снег и только прислушивается, но действительно ничего не происходит. Тогда Агата, стараясь не выпускать из вида бесенка, изо всех сил вертящего головой и нетерпеливо скачущего на месте, делает пару шагов назад и тоже пытается оглядеться. Это совершенно незнакомый лес, Агата никогда здесь не была, - уж в этом-то она не сомневается, хотя бы потому, что стволы всех деревьев, окружающих ее сейчас, странно блестят и выглядят совершенно гладкими.

Агата растирает пальцы, потом осторожно проводит рукой по стволу и убеждается, что он стеклянный. Тонкая веточка с хрустом падает к ее ногам, Агата поднимает ее. Веточка совершенно прозрачная, и тесно прижавшийся к ней желудь – тоже прозрачный, а шляпка его искрится крошечными гранями. В любой другой момент Агата пришла бы в восторг от такой находки, но сейчас ей почему-то делается очень страшно. Она кидает веточку наземь, и та падает в снег, который сейчас кажется Агате стеклянной крошкой. В ту же секунду из-за спины у Агаты выскакивает белка, на секунду замирает над желудем, и Агата в ужасе видит желудь сквозь эту белку, видит цветную искру, на мгновение загоревшуюся на тончайшем стеклянном волоске беличьей морды. Стеклянная белка хватает стеклянный желудь и уносится прочь. Агата чуть не вопит от ужаса, но в последний момент берет себя в руки и начинает часто-часто дышать, как научила мама, когда Агата просыпалась ночью от страшных снов. Она совершенно забыла про бесенка, и неожиданно раздавшийся звук заставляет ее подскочить. Это – звук звонкой оплеухи, хорошенького подзатыльника. У кого в классе есть хулиганы, обижающие мальчиков помельче, те ни с чем этот звук не спутают.

Бесенок начинает что-то жалобно бормотать, но тот, кто стоит рядом с ним и смотрит на Агату, совершенно его не слушает. Агата тоже смотрит на этого человека, прекрасно понимая, кто это такой. На этом человеке большая серая шуба из жесткого меха, похожего на мех собаки Трикси. Этот человек уж точно не стеклянный. Не отрывая спокойных глаз от Агаты, человек говорит бесенку:

- Поросенок.

- Я хотел, как лучше, пап! – обиженно кричит бесенок. – Я ничего ей не отдал! Я ее обманул, привел сюда, не дал клад, обманул, пап!

- Вот именно, - холодно говорит человек. – Поросенок. Нарушил договор.

Бесенок возмущенно замолкает и в ярости начинает рыть копытцем стеклянный снег. Человек в серой шубе подходит к Агате и протягивает ей ладонь. Агата глубоко вдыхает и вежливо подает руку в ответ.

Ладонь у этого человека неожиданно теплая, сухая, и пальцы Агаты немедленно согреваются в ней. Ничего страшного в этом человеке нет, он держит Агату за руку и смотрит ей в глаза с хорошей, мягкой улыбкой, и мало-помалу тепло от его ладони достигает Агатиного плеча, груди, живота, она перестает дрожать. Человек берет Агату за вторую руку, и тепло добегает до ее коленок, до промокших, онемевших от холода ног в тяжеленных мокрых сапогах. Одежда на Агате немедленно высыхает, она пробует пошевелить пальцами ног и, - о чудо, - они опять могут шевелиться. Человек в шубе улыбается Агате, и Агата улыбается ему в ответ. Тогда человек на секунду возводит глаза, как будто предлагает Агате посмотреть на небо, и Агата видит невозможную, невероятную красоту: тысячи сияющих лунными огнями прозрачных веток, создающих над головой Агаты переливающийся купол, сквозь который совершенно не видно неба. Человек в шубе вдруг шутливо хлопает Агату по ладоням, как будто приглашает играть. Агата смеется и хлопает человека в шубе в ответ. Он выставляет вперед правую ладонь, Агата – левую, потом – наоборот, потом каждый из них хлопает в ладоши, потом человек в шубе поворачивает руки ладонями вверх, и Агата хлопает по ним, а потом – опять наоборот.

Агате никогда в жизни не было так хорошо, ей даже слишком хорошо, чтобы смеяться, она просто улыбается во весь рот этому удивительному человеку в серой мохнатой шубе. Она чувствует, что может продолжать игру в ладоши всю жизнь, она не представляет себе, как еще минуту назад могла мечтать попасть домой, она даже не может толком сообразить, зачем ей было нужно домой.

Рука к руке, ладонь к ладони, - Агате кажется, что они играют очень, очень медленно, потому что каждый раз, когда ее ладони соприкасаются с сильными, теплыми ладонями человека в шубе, Агата узнает какую-нибудь удивительную историю. Все эти истории про нее, Агату, и все они уже происходили с ней раньше. Обычно Агата очень не любит вспоминать эти истории: здесь она нашкодила, тут – списала в школе, там наврала маме, тут поставила подножку очкастой Карине. Неприятные истории, потому что вообще-то Агата очень старается быть хорошей. И сейчас, когда ладони Агаты соприкасаются с ладонями человека в серой мохнатой шубе, происходит прекрасная вещь: Агата, вспоминая все эти истории, как раз и чувствует себя хорошей. Просто, - теперь это становится для Агаты совершенно очевидным, - она умная девочка, смелая, ловкая, не дающая себя в обиду и очень хорошая девочка, умеющая найти выход из любой ситуации, справляющаяся с любой неприятностью, - она молодец, Агата. Она смеется, хлопки ладоней, – больших и маленьких, - звоном отдаются в стеклянных ветвях.

Игра идет все быстрее и быстрее, Агате уже совсем не так весело, потому что картинки тоже мелькают у нее перед глазами все быстрее и быстрее. Это уже не то, что Агата сделала раньше, - год назад или месяц назад, - это то, что она сделала только что, - пошла в лес без разрешения, вот как. У Агаты устали руки, она вдруг пугается, что вот-вот собьется, а сбиться ей никак нельзя, потому что сейчас она видит вещи, которые с ней еще совсем не произошли, - но, понимает Агата, обязательно произойдут. Ей надо сейчас, прямо сейчас узнать, как она выпутается из этих сложных ситуаций, как она всех обставит, обыграет, выкрутится, найдет лазейку, - ей надо все запомнить! Но игра с человеком в шубе идет все быстрее и быстрее, картинки проносятся вихрем, Агата не успевает ничего разглядеть, у нее ужасно болят ладони, ей становится трудно дышать.

Агата тихонько стонет, правое плечо вдруг пронзает острая боль. Агата хватается за него левой рукой, человек в шубе опускает руки и смеется, а потом легко треплет Агату по голове, и Агата забывает всё, всё. С тоской она поднимает глаза на этого удивительного человека: единственное, что Агата помнит сейчас, - это как она чувствовала себя такой хорошей, такой удивительно хорошей, - а теперь она снова самая обыкновенная Агата.

Стеклянный лес опять начинает пугать Агату. Сейчас, когда человек в серой мохнатой шубе не держит ее за руки, ей опять становится ужасно холодно. Агата чувствует, что вот-вот заплачет. Но человек в шубе снова берет ее за руки, и Агате становится теплей. Она смотрит этому человеку в глаза и улыбается, а он улыбается ей.

- Я никогда не встречал девочку, которая бы так хорошо играла в ладоши, - говорит человек в мохнатой серой шубе. От этой похвалы Агата жмурится, как котенок. Тогда человек в шубе отпускает руки Агаты, и ей снова делается плохо от страха и тоски.

- Пожалуйста, отпусти этого дурака домой, - говорит человек в шубе.

- Кого? – спрашивает Агата растерянно. Она совсем забыла про бесенка, который все это время сидит на корточках под стеклянным деревом, чертит стеклянной веточкой по снегу и сердито зыркает на них блестящими глазами. Агате сейчас совсем нет до него дела, ей так плохо, что она готова просто махнуть на беса рукой. Однако в последний момент Агата спохватывается.

- Домой, - говорит она. – Пусть он отвезет меня домой, и я его отпущу.

Глаза человека в серой шубе становятся очень внимательными.

- Я бы с удовольствием поиграл с тобой еще, Агата, - говорит он неторопливо. - Никогда я не встречал девочку, которая бы играла в ладоши так хорошо, как ты.

Агата вот-вот заплачет, теперь она хочет попасть домой больше всего на свете. Внезапно она понимает, что все это происшествие – совершенно ужасное, что вот она стоит в мертвом стеклянном лесу, совершенно одна, и только что она играла в ладоши с очень страшным человеком, а может, и не с человеком вовсе, и улыбалась ему, и была счастлива, и что она хочет домой, домой, домой!

Человек в шубе улыбается Агате и говорит:

- Конечно, мой сын отвезет тебя домой, девочка. Ты очень скоро будешь дома, ты даже не заметишь, как окажешься дома.

Агата судорожно вздыхает и делает шаг в сторону бесенка, но человек в шубе подает бесенку знак, и тот не встает с корточек.

- Я хотел бы поблагодарить тебя за эту встречу, Агата, - говорит человек в серой шубе. – Я давно не играл ни с кем в ладоши. Я хочу, чтобы ты приняла от меня небольшой подарок.

Агата быстро зажимает рот рукой. Она знает, что с этим человеком нельзя вступать ни в какие сделки.

- Это не сделка, Агата, - терпеливо говорит человек в шубе. – Это настоящий подарок, я ничего не хочу от тебя взамен. Совершенно ничего.

Агата растерянно озирается, как будто ищет помощи, но видит только, как прозрачный стеклянный снегирь вспархивает со звенящей ветки. Блеск его трепещущих крыльев на секунду ослепляет Агату, она протирает глаза.

Человек в шубе протягивает Агате ладонь, на которой лежит невзрачное деревянное колечко.

- Надевай, - говорит он.

Агата прячет руки за спину.

- Это хороший подарок, Агата, - терпеливо говорит человек в шубе. – С этим колечком ты никогда не будешь чувствовать боли. Никогда, Агата. Ты не будешь болеть, ты не будешь ломать руки и ноги, ты не будешь получать ожогов или чего похуже. Что бы ты ни делала, Агата, как бы ты ни поступала, ты всегда будешь выходить из любой переделки целой и невредимой. И, как знать, может, пока другие люди будут болеть и страдать, у тебя будет время прийти поиграть со мной в ладоши.

Агата молчит. В среду ей надо идти к зубному врачу, в первый раз в жизни. Агата наслышана историй о зубном враче. Колечко уже не кажется ей таким невзрачным.

Человек в шубе вдруг закрывает ладонь, потом раскрывает опять: колечко исчезает.

- Ты очень умная, серьезная и ответственная девочка, Агата. – Говорит человек в серой шубе. – Поэтому я забыл, что ты еще очень маленькая девочка. Тебе трудно оценить такой подарок. Давай-ка попробуем иначе.

Жестом фокусника человек в шубе снова раскрывает ладонь перед Агатой. Он стоит не очень близко, но от этой ладони идет такое сильное, такое ласковое тепло, что Агата невольно делает маленький шажок вперед. На ладони у человека в шубе лежит простое колечко, сделанное из простого тусклого металла.

- Любовь, Агата. – Говорит человек в шубе. – Любовь кого угодно, стоит тебе только пожелать. Что бы ты ни делала, что бы ни говорила, как бы себя ни вела, - если ты захочешь, то нужный тебе человек будет любить тебя, Агата, любить тебя сильнее всего на свете. Тебе не надо будет завоевывать сердца, не надо будет мучиться сомнениями, не надо будет страдать от неразделенной любви. И, может быть, благодаря этому у тебя появится время прийти поиграть со мной в ладоши.

Агата хочет оттолкнуть эту ладонь, но невольно думает о новом человеке, который, дай бог, скоро начнет расти внутри мамы, - о братике или сестричке. Агата очень даже не против братика или сестрички, но у нее есть свои опасения. «Любовь», - думает Агата, - «чья угодно любовь». Она делает еще один маленький шажок вперед, хотя страх перед человеком в шубе и желание бежать прочь становятся все сильнее. «Любовь не может сделать ничего плохого», - думает Агата, - и все-таки не протягивает руку. Внезапно тусклое колечко исчезает с ладони человека в шубе. Агата быстро отступает назад.