Волки в стенах

Отцы и волки

Девочку Люси изо дня в день третируют фантомы: в стенах шуршит, трещит и пихается нечто. «У нас дома завелись волки в щелках», – решает она. Крысы или летучие мыши, отрезают родители, но замечают, что, «если из щелок полезут волки, значит, все». Взрослый мир, разумеется, оказывается непроницаем и глух. Книга так бы и осталась горьковатой историей об одиночестве и рожденных в детском мозгу страхах, если бы однажды ночью волки не вышли из стен и не погнали семейство прочь из дома.

Захватившие помещение звери закатывают там вечеринку, мажут тосты малиновым джемом и смотрят телевизор до тех пор, пока из стен не вылезают люди с дубинками.

Ведь «если из щелок полезут люди, значит, все». Такая невнятность и смехотворная подробность сюжета (который Гейману, кстати, подсказала его 4-летняя дочь) делают ужас одомашненным и прямо-таки вталкивают его в пространство анекдота. Но хеппи-энд искажает зловещая гримаса, которую Гейман корчит в финале. Он строит сюжет по принципу американских горок и под конец вновь огорошивает читателей устрашающим миражом, как в тяжелом сне без конца и связи, который вдруг оказался явью.

Гейману не впервой наводнять простодушными детскими страхами взрослый мир. В его «Истории с кладбищем» мальчика-сиротку воспитывают призраки. В хоррор-рассказе «Коралина» девочка проваливается в замаскированную под идеальный мир страну кошмаров с «другой Мамой» и «другим Папой», у которых чернеют пуговицы на месте глаз.

В книге «Волки в стенах» Гейману удалось соединить кафкианский мрак и свой собственный юмор с шаблонным голливудским ужастиком для семейного просмотра под хруст попкорна.

Тема взрослой слепоты и глухоты здесь вновь становится магистральной. Волки, скребущиеся в стенах старого дома, – это, конечно, гротеск, воплощенная стихия, которая кипит и взрывается в воображении ребенка. Но чем ярче, ощутимее и подробнее становится детский ужас, тем меньше взрослые обращают на него внимания. Дети знают о мире кошмаров больше, потому что они не спят. Они-то сознают, что граница между реальностью и иллюзией – выдуманная литераторами чушь.

«Волки в стенах» – это прежде всего сказка с картинками, которые, как конструктор Lego, достраивают сюжет.

И самое интересное в этом симбиозе текста и изображения – соперничество Геймана и иллюстратора Дэйва Маккина, который уже обрисовывал его комикс «Черная орхидея», «Коралину» и обложки к «Песочному человеку».

Поначалу иллюстрации Маккина прорастают сквозь текст и следуют за повествованием, но очень скоро начинают перетягивать одеяло на себя. Если Крис Ридделл, который проиллюстрировал книгу «Но молоко, к счастью», по сути, занимается упаковочным дизайном, то Маккин метит в соавторы. Люди у него прорисованы с условностью тряпичных кукол, зато от пышных орнаментальных декораций и Густаву Климту свело бы зубы. Маккин полирует изображение до блеска, пока оно не начнет напоминать то «Ноктюрны» Джеймса Уистлера, то кубические работы Пабло Пикассо. Для рассказа Геймана такая оправа – способ сгустить повествование до предела, превратить его в монолит.

Татьяна Сохарева
Gazeta.ru
11 июля 2014